Работа со сновидениями, Одесса, 2021 ТДТ, Киев 2021 Сексология он-лайн, 2021 Гештальт, Одесса, 2022
view counter

Гештальт-подход и работа со сновидениями

Онейропрактика

Хочется начать с одного любопытного и важного замечания, касающегося заявленной темы. С одной стороны, работа со сновидениями — часть современной психотерапевтической практики, возникшая в первой половине ХХ века. Но с другой стороны, работа со сновидениями, как составная часть общечеловеческой культуры, существовала за многие тысячелетия до появления психологии и психотерапии и существует до сих пор.

Древние греки делили сны на пророческие и те, которые «истину лишь заслоняют, и сердце людское морочат» [1]. При этом верили большинству снов [2]. Именно в греческой культуре во II веке появляется фундаментальный труд Артемидора Далдианского «Онейрокритика», где подробно описан анализ сновидений на основе символического значения входящих в них элементов.

По сути, это один из первых «сонников», так похожий на сонники со стеллажей современных магазинов. Однако Артемидор кладет в основу своих толкований следующее предположение: для правильного толкования важно знать не только содержание сна, но и личность сновидца. Через много веков после Артемидора этот принцип станет основополагающим для Фрейда и многих других специалистов-психологов.

Очень интересные практики работы со сновидениями можно увидеть у малых народностей, сохранивших традиционную культуру. Так, например, задолго до появления психоанализа, ирокезы различали сознательные и бессознательные проявления психики и считали, что в сновидениях скрытая бессознательная часть души проявляет свои желания (это кстати основополагающий тезис Фрейда ).

Игнорирование таких желаний может принести серьезный вред как душевному, так и физическому здоровью [3]. Поэтому существовал ритуал, в котором человек мог в определенной форме реализовать свои желания, «указанные» в сновидениях, в том числе сексуальные, или желание обладать вещью другого человека Этот ритуал происходил в течение трехдневного праздника и его высоко ценили за то, что он избавлял от бремени скрытых желаний [4].

Сновидения оказывались союзниками человека в самых разных областях жизни: они помогали лучше понять себя, окружающий мир, нередко помогали излечиться от болезней, настраивали на предстояющую охоту и т.д.

Особый подход работы со сновидениями существует в тибетском буддизме. Особенность связана с тем, что согласно религиозным представлениям тибетцев разница между сном и бодрствованием крайне относительна. Потому по их представлениям работа со снами может оказывать сильное воздействие на жизнь и религиозную практику.

Христианская традиция не уделяет такого значительного места сновидениям, как тибетский буддизм. Но, тем не менее, у христианских аскетических писателей встречается, например, разделение на три вида снов: мечтания, видения и откровения.

  • Не запечатлевающиеся в душе, быстро забывающиеся, хаотичные сны называются мечтаниями. Они бесполезны и даже достойны презрения в плане получения знаний, полезных душе, но помогают понять внутреннее состояние человека [5].
  • Видения состоят из отчетливых хорошо запоминающихся на многие годы, образов и несут в себе знания о будущем или созерцание каких-либо вещей, приносящих душе пользу. Они снятся, как правило, людям, очищающим свой ум и чувства и являются для них драгоценными.
  • Наконец, откровения — созерцание наиважнейших вещей и откровение Божественных тайн. Они снятся святым людям и могут иметь ценность для многих людей, народов и т. д. [5].

Сказанного достаточно, чтобы понять - работа со сновидениями является составной частью человеческой культуры в целом. Для обозначения работы над сновидениями уместно ввести специальный термин — онейропрактика.

Онейропрактика является самостоятельной гуманитарной дисциплиной с уходящей в глубину веков традицией. В разные эпохи онейропрактикой занимались люди разных сословий и профессий (шаманы, врачи, религиозные служители, толкователи снов).

На текущий момент важное значение имеет психологическая онейропрактика, в которой специалист, подготовленный в области психотерапии, вместе с клиентом занимается работой над его сновидениями. Данная работа как раз и посвящена психологической онейропрактике.

Теория сновидений в рамках гештальт-подхода.
Сновидения и саморегуляция

Одним из важнейших оснований гештальт-терапии является принцип саморегуляции, согласно которому природа человека представляет собой мощную саморегулирующуюся силу, способную поддерживать оптимальное для функционирования, экологичное состояние организма в самых разных жизненных ситуациях [6]. Саморегуляция проявляется и на физиологическом и на психологическом уровне функционирования организма. В последнем случае она предполагает способности организма определить свою потребность и удовлетворить ее.

Существует множество данных, доказывающих значительную роль сновидений в саморегуляции организма. Вот некоторые из них.

  • Экспериментальное лишение здоровых людей фазы быстрого сна (на которую как раз и приходятся сновидения) приводит к выраженным изменениям в психической сфере личности, близкие к невротическим (раздражительность, плаксивость, высокая восприимчивость к стрессам). В связи с этим считается, что сновидения имеют решающее значение для эмоциональной разрядки и адаптации к стрессовым ситуация[7].
  • Исследования показали, что лишение фазы быстрого сна усиливает механизм вытеснения: человек быстро "забывает" именно те события, которые ему наиболее неприятны и угрожают его самовосприятию. Однако такое "забывание" не проходит безболезненно: по известным психологическим законам повышается уровень тревожности и, как следствие, человек становится менее защищенным от стресса [8].
  • У. Демент исследовал насколько сновидения помогают в разрешении проблем. Эксперименты в лаборатории сна Стэнфордского университета показали, что во многих случаях сновидения содержали важные подсказки для решения предлагаемых экспериментатором задач [4].

Эти и многие другие данные находят свое обоснование в концепции поисковой активности В. Ротенберга и В. Аршавского. Они вводят понятие поисковой активности т.е. активности, направленной на изменение ситуации (или отношения к ней) при отсутствии определенного прогноза результатов этой активности, но при постоянном учете достигнутых результатов.

У животных она проявляется в агрессивном поведении или бегстве. Человеческая психика в этом отношении много богаче: планирование, фантазии, мечты, надежды и т. д.- это тоже формы поисковой активности.

Итак, Ротенберг и Аршавский обосновали тезис, согласно которому истощение в ситуации стресса происходит не вследствие закономерного истощения психики, как полагал Селье, а в результате отказа от поисковой активности.

Но жизнь в состоянии бодрствования в современных условиях невозможна без откладывания достаточно большого количества решений «на потом» (что, по сути, и есть отказ от поисковой активности). Так вот, согласно концепции Ротенберга и Аршавского, основанной на результатах их собственных исследований и анализе многочисленных данных, полученных другими учеными, во время быстрого сна и сновидений осуществляется поисковая активность, задача которой — компенсация состояния отказа от поиска в предшествующем сну бодрствовании и восстановление готовности к поисковой активности после пробуждения [8].

В гештальт-терапии нет понятия вытеснения. Поэтому модель, описанная Ротенбергом и Аршавским, будет выглядеть следующим образом.

Сновидения являются неотъемлемой частью фигуры/фонового процесса, при котором происходит перестановка в организации частей, и то, что было на переднем плане в состоянии бодрствования, отходит на второй план в сновидении и наоборот. Это напоминает хорошо известные гештальт-психологические иллюстрации с двойным изображением, где, например, извитой кубок превращается в два профиля, обращенных друг к другу лиц. Именно так описывает сновидения представитель кливлендской школы гештальта Дж. Латнер [9].

Запоминание сновидений

Вышесказанное вполне убеждает, что сновидения являются частью психофизиологического процесса саморегуляции, но еще не доказывает необходимости какой-то специальной психологической работы со сновидениями. Может быть работа сновидений происходит сама по себе, без необходимости осознанного участия человеческой личности?

Для ответа на этот вопрос важно иметь в виду следующее. Доказано, что сны видят все люди. Причем, довольно много: порядка 4-5 сновидений за ночь. Но совершенно очевидно, что большинство сновидений забывается. Психофизиологическое объяснение состоит в том, что запоминаются только сны, снившиеся незадолго до пробуждения, но важно понять психологическую причину того, что одни сны запоминаются, а другие нет.

На языке гештальт-терапии можно сказать, что запомнившиеся сны - это фигуры, а забытые сны — часть фонового процесса нашего сознания.

Но любые фигуры связаны с неудовлетворенными потребностями человека, и как только потребность удовлетворяется, фигура сливается с фоном. Таким образом естественно предположить, что запомнившиеся сны свидетельствуют о некоторой неудовлетворенной потребности, незавершенном цикле контакта, а значит личности нужно провести определенную работу по осознаванию потребности, связанной с фигурой сновидения, чтобы дальше можно было эту потребность удовлетворить.

Иными словами, организм через запомнившийся сон дает сигнал о незавершенном, остановленном процессе саморегуляции, требующим осознавания, чтобы можно было завершить этот процесс. В этом смысле Перлз говорил о сновидении как о экзистенциальном послании организма к личности.

Психологи любят говорить о том, что люди «вытесняют» сны, потому что не хотят встречаться с теми переживаниями, которые были в сновидении. Возможно, это верное утверждение и забывание сновидений может являться одной из сторон невнимания человека к своей психической жизни наряду с игнорированием им чувств, телесных симптомов и т. д.

Однако, даже внимательные люди и опытные сновидцы все равно не запоминают всех своих сновидений. Это наводит на мысль, что в норме забытые сновидения — часть фонового процесса саморегуляции, не требующая активного осознавания, подобно тому, как например в большинстве случаев проходит процесс терморегуляции организма.

Сновидения и проекция

Для того чтобы понять символику сновидений и выявить значение элементов сна, следует обратиться к представлениям Перлза о разделённой человеческой самости.

С его точки зрения человек лишен целостности, поскольку в нем присутствуют внутренние конфликты, отвергаемые им желания, стремления, качества, противоречивые установки и т.д.

Такие, какие мы есть сейчас, мы разделены, разорваны на кусочки и задача гештальт-терапии в том, чтобы «интегрировать эти отчужденные, отделенные от нас части самости и сделать человека снова целостным - хорошо функционирующим, способным опираться на собственные ресурсы, способным возобновить свой рост, если он почему-либо прервался.

Фриц Перлз

Одним из важных проявлений разделения человеческой самости является механизм проекции. Проекция — это черта, положение, отношение, чувство или фрагмент поведения, которое в действительности принадлежит вашей личности, но не ощущается вами как свое, а приписывается объектам или окружающим людям, и затем переживается как направляемое ими на вас [10].

Фриц Перлз рассматривал персонажи и неодушевленные предметы сновидений как проекции. Иначе говоря, элементы сновидений суть образы отщеплённых частей человеческой самости- эмоций, состояний, личностных ролей. Эта идея узнаваема и в других направлениях психотерапии, таких как психодрама, психосинтез, но, прежде всего в юнгианском анализе.

Точно так же и система отношений между элементами сна отражает (проецирует) некоторую систему отношений в пространстве психического и социального мира человека [11]. Отождествляясь с персонажами и даже неодушевленными предметами сновидения, разыгрывая их между собой и со сновидцем, человек может присвоить проецируемые качества и интегрировать внутренние конфликты, благодаря чему преодолевается разделение самости.

Виды проекций и ресурсы сновидений

Как известно, проекция бывает трёх видов: зеркальная, дополнительная и катарсиса.

  • При зеркальной проекции человек приписывает другим некие качества, мысли и чувства, которыми обладает или хотел бы обладать.
  • Дополнительная — когда человек приписывает другим какие-то характеристики, установки, чувства, посредством которых он может оправдать свои собственные, которые часто признавать не очень хочется.
  • И наконец, проекция катарсиса — когда человек приписывает другим характеристики и чувства, которые не хочет признавать в себе [12].

С учетом некоторой специфики, все эти виды проекций присутствуют в сновидениях. Наиболее интересны однако дополнительная проекция и проекция катарсиса, поскольку имеют непосредственное отношение к отвергаемым частям самости.

С проекцией катарсиса мы встречаемся, например, в кошмарах, где агрессивный и пугающий преследователь чаще всего является символом собственной отвергаемой агрессивности сновидца.

При дополнительных проекциях персонажи сна ведут себя так, чтобы вызвать у сновидца различные переживания и чувства, по каким-то причинам малознакомые или непривычные сновидцу.

Таким образом, если во сне разыгрывается взаимодействие сновидца и какого-либо персонажа сна, ресурс может быть найден либо в процессе отождествления себя с персонажем(проекция катарсиса), либо в исследовании энергий и переживаний, вызываемых этим персонажем(дополнительная проекция).

Практика работы со сновидениями Классическая методика Ф. Перлза

Выше было показано, что задачей работы со сновидениями в гештальт-подходе является интеграция личности через отождествление с персонажами сна и через разыгрывание взаимодействия между ними.

Перлз предлагал осуществлять работу со сном в 4 этапа: 

  • Первый этап состоит в рассказывании сна как некоей истории.
  • Второй этап можно назвать оживлением сна. Необходимые для работы со сновидениями переживания, своеобразная драматизация достигается за счет того, что сон рассказывается в настоящем времени. Как поясняет Перлз: «Вместо того, чтобы рассказывать историю, мы драматизируем ее, просто заменяя прошедшее время на настоящее. "Я влезаю на гору; потом происходит то-то и то-то."»
  • Третий этап - постановка сна. На этом этапе мы как бы создаем сцену, на которой будет разворачиваться «спектакль».Терапевт предлагает клиенту показать, как в окружающем пространстве размещаются элементы сновидения. Получается что-то вроде: «Вот это Крис. Вот здесь котелок, тарелка и чашка, а там, сзади, горы, а тут, вокруг, что-то вроде сена, мертвая трава. Я вот здесь, смотрю» [13].
  • Четвёртый этап - разыгрывание сна. Клиент начинает разыгрывать персонажей сна (как одушевленных, так и неодушевленных), говоря от их имени и вступая в диалог с другими персонажами и со сновидцем.

Заметим, вслед за Перлзом, что работа со сновидением во многом аналогична постановке пьесы в театре. Сначала берется произведение (первый шаг), потом по нему пишется сценарий (второй шаг), далее идет режиссерская работа (третий шаг) и работа актеров (четвертый шаг), с той только разницей, что актер играет и неодушевленные предметы. Можно предположить, что аналогия с театром не случайна.

На самом деле, работа идет не со сновидением в целом, а с отдельным его фрагментом (или фрагментами). Отождествляясь хотя бы с немногими элементами сна, клиент ассимилирует какой-то элемент и, за счет этого растет, увеличивая свои возможности [13].

Как это выглядит на практике?

Ниже приведена запись демонстрационной работы Фрица Перлза со сновидением клиента по имени Расс.[13]

  • Расс: Я стоял на горе, — вроде этих гор, которые видны отсюда. Там был мой друг, близкий друг, он сидел на коленях. Казалось, что с ним все в порядке. У него был котелок, голубая тарелка и чашка, они вроде были поставлены в ряд.
  • Фриц: Хорошо. Давай сделаем второй шаг. Расскажи этот отрывок сна, - я полагаю, что это не весь сон, - расскажи этот отрывок в настоящем времени.
  • Расс: Крис сидит... ты сидишь прямо передо мной. На коленях. И прямо перед тобой я вижу котелок, голубую тарелку и чашку. (Фрицу). Нужно ли мне теперь рассказывать остальное?
  • Фриц: Нет. Я хочу брать только отрывки, чтобы вы создавали сцены. Сделай из этого пьесу. Покажи, где он сидит, где тарелка и пр.
  • Расс: Крис. Вот это Крис. Вот здесь котелок, тарелка и чашка, а там, сзади, горы, а тут, вокруг, что-то вроде сена, мертвая трава. Я вот здесь, смотрю. Я поднимался по этой тропинке, которая идет вокруг горы, сзади. И затем я останавливаюсь
  • Фриц: Не можешь ли сделать это еще раз? Я полагаю, ты немного ленив. Вставай, и действительно организуй сцену, покажи нам всю драму.
  • Расс: Тропинка проходит вот здесь и продолжается...
  • Фриц: Где, где?
  • Расс: Извини?
  • Фриц: Продолжай идти вокруг горы.
  • Расс: До встречи, Крис.
  • Фриц: О'кей.
  • Расс: Вот он опять. (Проходит круг, останавливается напротив горячего стула).
  • Фриц: Не смотри на меня. Ты постановщик, и тебе разговаривать с актерами. Сейчас ты постановщик.
  • Расс (пожимает плечами): Так что происходит? Что это такое? Котелок, тарелка, чашка. Что ты делаешь? (превращается в Криса) Посмотри-ка. (Он берет тарелки и начинает вертеть ими, как при игре в "скорлупки", делая руками подметающие движения). Смотри. Как ты думаешь, что под этим котелком? Голубая тарелка. Что, ты думаешь, под тарелкой? Чашка.
  • Фриц: О'кей. Теперь разыгрывай, как актер, различные элементы. Стань своим другом, стань тарелкой, тропинкой. Если у тебя возникнут трудности, расскажи о них. Если, например, я тропинка, то я существую таким-то образом.
    Я хочу предупредить вас, что есть только одна ошибка, которую вы можете сделать. Вы можете начать интерпретировать. Если вы начнете интерпретировать, все пропало. Вы попадетесь в интеллектуальную, фрейдистскую игру. Вы начнете каталогизировать интереснейшие инсайты в интеллектуальную коробочку, и, будьте уверены, не произойдет ничего реального. Не интерпретируй, просто побудь этой вещью — тарелкой, котелком, своим другом.
  • Расс: Крис, смотри на этого Расса. Посмотри, что я могу сделать. Можешь ли ты следить за мной? Это такая хитрость...
  • Фриц: Сейчас, если бы мы уже работали с ним, я бы сказал ему: повернись...
  • Расс: Прямо сейчас?
  • Фриц: Повернись. Будь этим парнем, сыграй это для аудитории.
  • Расс (группе): Посмотрите. Можете ли вы уследить за мной? Это чертовски быстро. Вы думаете, что под котелком тарелка, да? А что под тарелкой? Котелок. А что под котелком? Тарелка. Все одновременно.
  • Фриц: Замечаете, насколько иначе он ведет себя, чем вчера, когда он был таким застенчивым парнем? Удобно ли тебе сейчас в этой роли?
  • Расс: Мне удобно, и я чувствую себя дьявольски неуловимым.
  • Фриц: Хорошо. Побудь чем-нибудь еще. Побудь тропинкой.
  • Расс: О'кей. (Пауза). Я - тропинка.
  • Фриц: В чем твоя цель, Тропинка? Какова твоя форма, каково твое состояние?
  • Расс: Я - тропинка. Я на этой горе. Я хорошая, удобная тропинка. Идти по мне нетрудно.
  • Фриц: Скажи это еще раз.
  • Расс: Идти по мне нетрудно. (Пауза) Вокруг меня много красивых пейзажей. Много мест, куда стоит прийти. И есть места для разбивки лагеря. Я, м-м, поднимаюсь до вершины горы. Люди поднимаются по мне до вершины.
  • Фриц: Скажи это еще раз.
  • Расс: Люди поднимаются по мне до вершины. (Пауза) Это обидно.
  • Фриц: Смотрите, мы не интерпретируем, но нечто происходит.
  • Расс: Расс идет по мне, но он остановился. Сейчас он с Крисом. Он все еще на мне.
  • Фриц: Хорошо. Мы имеем определенную встречу, которую можем использовать. Мы сейчас прервем сон ради момента встречи. Ты - тропинка, а вот это (указывает на пустой стул) - Расс. Поговорите друг с другом. Напиши сценарий такого разговора.
  • Расс: Ты идешь по мне, я знаю. Ты не так плох. У тебя тяжелые ботинки, тяжелее обычных. (Пересаживается на пустой стул). Ну, я думаю, они хорошо держатся за землю. (Пересаживается). Ты стираешь меня. Я... ты... вы ходите по мне, ужасное количество парней, в тяжелых ботинках. Почему бы вам не сойти с меня? Зачем вам эта чертова тропинка? Черт возьми, я вам не нужна! (Расс) Если я сойду с тебя, Тропинка, я могу заблудиться. Я могу упасть. Ты -безопасная. Ты — ровная, на тебе все устроено. Кто-то здесь уже прошел, так что я не заблужусь.
  • Фриц: Хорошо, я хочу прервать тебя здесь. Как видите, нечто начинает происходить. Вы чувствуете, что нечто просыпается.
  • Расс: Угу.
  • Фриц: Мы только прикоснулись к небольшому фрагменту сна и немного над ним поработали. Я думаю, что если кто-то возьмет один свой сон и проделает над ним всю работу, - это будет вся терапия, какая ему нужна. Только обычно происходит так, что когда вы немного развили свою личность, появляется другой сон и передает вам новое экзистенциальное послание.

Развитие техники Перлза

Несмотря на то, что схема работы со сновидением представляется простой, терапевт, начинающий работать по этой схеме, довольно быстро сталкивается с определёнными трудностями.

  • Во-первых, если сон длинный и насыщен событиями, не всегда удается выбрать тот фрагмент сновидения, работа с которым будет наиболее эффективной. В приведенном выше примере обращение именно к данному моменту сна выглядит достаточно произвольно. Но это работа демонстрационная. А в реальной работе с клиентом трудно представить,что все фрагменты сновидений значимы одинаково, и выбрав неподходящий фрагмент, можно не получить достаточно значимого результата.

Терапевт может существенно продвинуть процесс работы,определив вместе с клиентом, какой момент сновидения является самым значимым, т.е наиболее эмоционально заряженным, наиболее интересным или наиболее тревожным моментом сновидения. Это поиск своеобразной эмоциональной кульминации сна. И здесь уместны как прямые вопросы клиенту про выделяемый им момент, так и наблюдения самого терапевта.

  • Второй сложностью может оказаться выбор персонажа для отождествления и проживания клиентом. Почему, например, Перлз предлагал Рассу стать Крисом и тропинкой, а не котелком, тарелкой, чашкой или горой?

Здесь можно поступить подобно выявлению фрагмента сна, исследовав наиболее «заряженные» персонажи сновидения.

  • В-третьих, при произнесении монологов и диалогов от имени персонажей сна могут потребоваться значительные усилия терапевта, чтобы реальное переживание не превратилось в «придумывание». В таком случае клиент может говорить текст, думая о том, что тому или иному персонажу следовало бы сказать, вместо того, чтобы озвучивать реальные переживания, возникающие от отождествления с персонажем.

Терапевту следует расценивать это как избегание и использовать всю мощь гештальтистских техник для поддержки самораскрытия клиента. В частности можно предложить клиенту телесно изобразить предмет или персонаж, позвучать, подвигаться как он. Тогда и взаимодействие персонажей сна будет не только диалогом, а реальным взаимодействием с использованием и вербальных, и невербальных средств коммуникации.

  • В-четвёртых, для эффективной работы со сном важно понимать связь между сновидением и реальной жизнью клиента. В один момент демонстрационной работы Перлз предложил клиенту обратиться к группе, перейдя от разыгрывания сновидения к исследованию социальных взаимодействий клиента.

Вместо обращения к группе могло бы быть обращение, например, к матери или другой фигуре, имеющей отношение к жизни клиента, но не встречающейся в сновидении. Это очень важный момент работы. Ведь задача состоит в том, чтобы улучшить жизнь клиента в состоянии бодрствования, а не погрузиться в анализ символики снов.

В данном примере переход из мира сновидения в реальный мир кажется интуитивной находкой или терапевтической гипотезой Перлза. Но этот переход можно сделать и по-другому, а именно задавая клиенту вопросы о том, где чувства и переживания, возникающие в процессе работы со сном, встречаются в его реальной жизни. Такие вопросы как бы перекидывают мостик между миром сновидений и миром бодрствования, делая работу и самого клиента более цельным.

Подход И. Фрома к работе со сновидением

При всей наглядности и эффективности Перлзовской методики работы со снами, она критиковалась другими представителями школы гештальта, такими как И. Фром и Дж. Латнер. Критика касалась следующего. Терапевт, помогая разыгрывать сновидение клиенту, как бы дистанцируется от контакта с клиентом здесь и сейчас, снижает качество своего личного присутствия в сессии.

Структурируя процесс проживания сна клиентом (предлагая отождествляться с персонажами или разыгрывая диалог), терапевт становится как бы режиссёром и начинает более или менее осознанно опираться на собственные терапевтические гипотезы, тем самым по сути интерпретируя сновидение клиента. Это можно расценивать как возврат к психоанализу, от которого классический гештальт так старался дистанцироваться.

Следует ещё отметить, что Перлзовский метод работы со сновидениями в поле индивид-окружающая среда гораздо больше концентрируется на индивиде, тем самым нарушая принцип целостности.

В связи с этим И. Фром предложил иной подход к работе со сновидениями, рассматривая сон как ретрофлексию. Иными словами, сон это текст, который клиент рассказывает самому себе вместо того, чтобы адресовать его кому-то из окружающих его значимых лиц. Разность двух подходов Фром иллюстрирует на примере. Если клиенту снится крыса, терапевтическая интервенция вместо Перлзовской: «Представь себя этой крысой!», следует спросить: «Чем был похож я на эту приснившуюся тебе крысу на последней терапевтической сессии?» [14].

Развивая свой взгляд, Фром предлагал рассматривать рассказ клиентом сновидения как не вполне прямое послание терапевту, особенно это касается снов, приснившихся накануне или сразу после сессии.

Подход Фрома тоже является несколько односторонним и на практике терапевт свободен в каждом конкретном случае выбирать, работать ли со сном клиента как с проекцией, или как с ретрофлексией.

Виды снов и особенности работы с ними.

Сны разнообразны, наверное,более разнообразны чем сама жизнь. Они различаются между собой по содержанию, времени появления и т. д. Часть снов имеет определенную специфику, которую важно учитывать при работе с ними, хотя общий подход остается неизменным.

Так, Перлз уделял особое внимание повторяющимся снам. Повторяющиеся сны-это фигуры, не уходящие в жизни индивида в фон. Как и любые не уходящие в фон фигуры, они свидетельствуют о неудовлетворенной потребности, незавершенном процессе саморегуляции, необходимости творческого приспособления. Если проработать повторяющийся сон и осознать стоящее за ним послание, он скорее всего перестанет повторяться.

Большинство снов забывается вскоре после пробуждения. Почти у каждого человека имеются сновидения, которые снились в раннем детстве и запомнились на всю жизнь. Такая длительная , как правило эмоционально окрашенная память о сне может свидетельствовать о том, что фигура сновидения значима на протяжении всей жизни человека и послание, содержащееся в сновидении, возможно имеет отношение ко всему жизненному пути. Такие сны можно назвать сценарными.

В отдельную категорию можно отнести сны, в которых снятся умершие родственники или эмоционально значимые люди из прошлого. В процессуальной терапии такие сны называются снами-визитами [15].Проекции, которыми наделяет наше сознание фигуры умерших родственников, могут быть глубокими, многозначными и отражать семейную историю и логику развития рода. Поэтому не удивительно, что сны-визиты снятся в кризисные или переломные моменты жизни, когда человек старается опереться- осознает он этот или нет-на семью, род или особо значимых в его жизни людей.

У древних греков существовал обряд, по которому заболевший чем-либо человек шел в храм бога Асклепия и совершал определенные действия, для того чтобы ему приснился сон. Этот сон мог привести либо к выздоровлению, либо указать на процедуру лечения, либо помочь провести диагностику заболевания(например, приснившаяся вода могла свидетельствовать о заболевании почек). Такие сны называют инкубационными или целительскими [2].

Это не представляется чем-то сверхъестественным, связь патологии внутренних органов и содержания сновидения подробно описывал Фрейд [16],а исцеляющая способность сна может свидетельствовать о глубинных процессах саморегуляции организма. Однако, практика исцеляющих сновидений представляется во многом утраченной.

Иногда содержание сна имеет параллели с мифами и символами различных традиционных культур. Этому большое внимание уделял Юнг, полагая, что подобные сны имеют источником коллективное бессознательное. Такие мифы и символы восходят в исторической перспективе к обрядам инициаций в традиционных культурах. Целью инициации было транслировать проходящим этот обряд знания, опыт и другие элементы традиции. Неудивительно, что и сны, включающие мифологическое содержание, могут заключать в себе очень важные для человека ресурсы и послания. Не гонясь за терминологической точностью, такие сны можно назвать снами-инициациями.

Бывают, наконец, сны, содержание которых крайне трудно понять, исходя из взгляда на них как на проекцию или ретрофлексию. Персонажи сна могут казаться очень живыми и натуральными, а полученная во сне информация может оказаться принципиально новой, ранее не известной сновидцу. Иногда снятся грядущие события.

Механизмы таких сновидений мало изучены. Единственно что можно сказать про такие сновидения, что у лиц, внимательно относящихся к своей внутренней жизни при воспоминании о таком сне создается ощущение, что он столкнулся с чем-то гораздо большим, чем плод своего воображения. Стенли Криппнер вводит специальный термин для таких явлений — аномальные сновидения.[4]. Работа с аномальными сновидениями обычными методами может дать определенный результат, но скорее всего не затронет достаточную глубину. Поэтому аномальные сны с одной стороны требуют творческого исследования как клиента, так и терапевта, а с другой стороны - повод для особой внимательности терапевта, чтобы не впасть в мистицизм, а остаться в понятных и конкретных рамках традиционного гештальт-подхода.

Источник: Сборник "Гештальт-2014"

Литература

  1. Гомер, Одиссея, гл. XIX
  2. Жак Ле Гофф, Средневековый мир воображаемого, М. 2001
  3. Tony Crisp, Iroquoian Dream Cult, http:/ /dreamhawk. com/approaches-to-being/iroquoian-dream-cult/
  4. С. Криппнер, Дж. Дилард, Сновидения и творческий подход к решению проблем, М. 2001
  5. прп. Никита Стифат,  Добротолюбие т. 5
  6. Ж-М Робин, Гештальт-терапия, М. 2007
  7. Нормальный сон, официальный сайт Сомнологического Центра Минздравсоцразвития http:/ /www.sleepmed. ru/normal.htm
  8. Ротенберг.  Сновидения гипноз деятельность  мозга
  9. Дж. Латнер. Теория сновидений в гештальт-терапии, http:/ /gestaltnsk1.narod. ru/lathner_dream.htm
  10.  Ф. Перлз, Практика гештальт-терапии, М. 2000.
  11.  Е. Петрова, Техники работы со снами в гештальте, http:/ /www.gestalt.sp. ru/materials/gestalt_articles/id19/
  12.  Н. Лебедева, Е. Иванова, Путешествие в гештальт, Спб, 2004
  13.  Ф. Перлз, Гештальт-подход,Свидетель терапии, М. 2013
  14.  Б. Мюллер, Вклад Изидора Фрома в теорию и практику гештальт-терапии. http:/ /gestalt.ru/articles/?id=63715
  15.  И. Зингерман, Зачем нужны сны, http:/ /www.processmind. ru/biblioteka/zachem-nuzhnyi-snyi.html
  16.  З. Фрейд, Толкование сновидений, М. 2011
Автор: 
Денис Новиков

Денис Новиков - психолог, гештальт-терапевт (сертификат по стандартам EAGT), супервизор (сертификат МГИ), доцент Высшей Школы Психологии, член Общества Практикующих Психологов "Гештальт Подход", ведущий тренер программы МГИ (Москва). Член Российского Общества Исследователей Сновидений. Автор книги "Помогите понять мой сон"

 

СТАТЬИ на эту же ТЕМУ

Расписание мероприятий, проводимых тренером (ведущим)

30.11.2021 - 10:00
Одесса
Современные методы работы со сновидениями 4050 грн

Комментарии

Сны, конечно, очень важны в

Сны, конечно, очень важны в понимании себя. Но разбираться с ними с точки зрения гештальта нужно без отрыва от характера и психологических особенностей человека

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
  • You may use [block:module=delta] tags to display the contents of block delta for module module.

Подробнее о форматировании